Эпоха Китовраса-Стрельца - песнь В

 

-    Расскажи, Гамаюн, птица вещая, о Деннице, рожденном Хорсом. Как Денница хотел вознестись выше звезд, но упал,  спалив Землю-матушку...

-    Ничего не скрою,   что ведаю...
 
ак над синим широким морем не туманушки расстилались и не Зорюшка занималась - поднимался камень горючий. И на этом камне горючем выростало деревце ясень.

Как с восточной дальней сторонушки прилетел ко ясеню Сокол. А близ камешка бел-горючего увивалася Лебедь белая. То не просто птицы слетелись - Радуница с Денницей встретились, дети Хорса и Зареницы.

И прокычела Лебедь белая:

-    Что ж ты, братец мой, Ясный Сокол, все сидишь на ветке, задумавшись? И своими очами ясными все глядишь во широку даль? Или скучно тебе во родном краю? На родном островочке - не весело?

Отвечал Деннице сестрице:

-    То не ветер ветки склоняет, и не ясень кроной шумит, то мое сердечушко стонет, словно ясеня лист дрожит. Я хочу взлететь выше Солнца и подняться превыше звезд! Ведь отец мой великий Хорс! Стать хочу подобным Всевышнему!

И взлетел над морюшком Сокол, и очами своими ясными он осматривал синю даль. Минул морюшко Твердиземное, и Ильменское море, и Черное, и Хвангур, гору Березань. Пролетел над гордой Индерией - опустился в Ирийский сад.

Тот Ирийский сад - на семи верстах, на восьмидесяти он стоит столбах высоко-высоко в поднебесье. В том небесном саде - трава-мурава, по цветочку на каждой травочке, и на каждом цветке по жемчужинке. А вкруг Ирия - тын серебряный, и на каждом столбочке свечка.

И видны за тыном три терема, крутоверхие, златоглавые. Как во первом живет Красно Солнышко – яснолицый Хорс сударь-батюшка, во  втором живет ясна Зорюшка, ну а в третьем - там часты звездочки.

Круг земной весь виден из Ирия. Видны боги морские в волнах, в глубине - Тритон Черноморский, и русалки, морские чуда, боги-духи гор и долин, и везде людские селенья.

Обернулся Сокол Денницей и отправился в терем Хорса. И вошел, и сел в отдаленьи, обернувшись в пурпурный плащ.

Вот сидит на троне смарагдовом пред Денницей великий Хорс. И спросил Хорс сына Денницу:

-    Ты зачем, Денница, явился?
-    О отец мой, Свет Мирозданья! Если вправду я тебе сын - ты мое исполни желанье!
-    Дар любой проси у меня! Я твое желанье исполню, в том клянусь горой Алатырской!

Стал просить тогда сын Денница у отца его колесницу. Чтобы править ей целый день, пронестись по своду небесному и подняться превыше звезд.

-    Вознестись хочу, словно Крышень, ко престолу Бога Всевышнего! Чтобы сесть одесную Бога!

И качнул главой лучезарной Хорс:

-    Безрассудна речь твоя, сын мой! Дар такой тебе не подходит. Управлять моей колесницей и Творец-Сварог не сумел бы! А его - кто будет сильнее?

Но не слушал Хорса Денница.

-    Если, сын, ты думаешь в сердце, что средь звезд  дорога   приятна,   что   увидишь   там   города   - и дворцы, богатые храмы… Знай, что прежде на солнопутье ты звериные встретишь лики! Ты Тельца рогатого минешь, и клешни грозящего Рака, пасть свирепую Льва, Скорпиона, Козерога рога и Щуку!

Засмеялся гордо Денница:

-    Если Крышень прошел этот путь, то пройдет его и Денница! Я молю - дай мне колесницу!

Хорс повел его к колеснице, что сковал для Солнца Сварог. Как у той колесницы Хорса золотые дышло и ось. Упряжь у коней вся прострочена. Строчка первая -красным золотом, а вторая строка - чистым серебром, ну а третья-то скатным жемчугом. Вплетены в нее самоцветы - хризолит, смарагд и сардоникс.

Вот коней впрягли ворожеи - Пира, Эя, Феда, Атона. Зареница раскрыла сени, где цветут тюльпаны и розы. Вывел Хорс свою колесницу.

-    Если можешь, совету следуй, - говорил яснолицый Хорс. - Ты натягивай крепче вожжи, понесут тебя кони сами. Знай, проложен путь среди звезд - следуй им ты, не уклоняясь. Не склоняйся направо к Змею и налево к Ворону Черному.

В колесницу взошел Денница и вожжей руками коснулся. И помчались быстрые кони... Только чуют кони крылатые, что слаба рука у возницы, что легка под ним колесница - и, ничьей не слушаясь воли, прочь сошли они с колеи, опаляя Землю и Небо.

И Денница не знает в страхе, как вернуть на путь колесницу и клянет свое безрассудство.

Видит он подобья животных. Вот Дракон, от холода вялый, близ оси полярной лежавший, от жары той разгорячился, пасть свою раскрыл и оскалил. Вот клешни согнул лютый Скорпий, показал он жало Деннице.

Как увидел Денница жало, все покрытое влагой яда, пал вез чувств и выпустил вожжи. Тут уж кони, преград не зная, понесли его без дороги. Пронеслись они над Землею - и ее охватило пламя. Гибли в пламени нивы, долы, города обращались в пепел. Выкипали реки, моря. И Тритон, едва показавшись, вновь нырнул на дно Океана.
Мать-Земля, в огне вся и в дыме, обратилася ко Сварогу:

-    Почему же медлят перуны? Мир земной в огне погибнет, гибнут дети мои и внуки!

И тогда Сварог, царь небесный, запустил перун в колесницу, поразил перуном Денницу. По всему небесному своду разлетелись колеса, спицы. Вот и ось златая и дышло, вот - ярмо, удила и вожжи.

И огнем объятый Денница полетел с небесного свода. И упал с небес сын Зари! Он разбился о Землю-мать, тот, кто сделал Землю пустыней. Говорил он:

-    Взойду на небо, выше звезд вознесусь и Солнца, сяду я одесную Бога!

Но низвержен он ныне с неба, и упал Денница звездою близ Руяна в синее море. Буря воет и гром грохочет, Солнце Красное не встает.. Вдоль по морю, по тихой зыби тело Сокола лишь плывет...

День прошел без ясного Солнца, лишь пожары мир озаряли. И сокрыл лицо златоокий Хорс. А Заря с младой Радуницей облетели все поднебесье, отыскали тело Денницы.

Хоронили Денницу в чаще. Над могилою сына Хорса приклонились ольха с осиной. То не слезы Зари с Радуницей и не сок стекает с деревьев, то янтарь стекает и стынет под лучами жаркого Солнца...

И тогда по велению Вышня обратилась душа Денницы во звезду, что утром сияет, наступленье дня предвещает.

И теперь все Вышнему славу поют, Хорсу и Заре-Заренице, и Деннице, и Радунице!